Илья Долгов: «С этими актерами договориться невозможно. Но мы работаем»

— Илья, расскажите, пожалуйста, о своей истории с «Живой Планетой». С чего все начиналось? Как появилась идея «Тайных механизмов»? 

— Все было так. Сначала меня позвали работать видеооператором на проект «Царство грибов» с Димой Тихомировым. Одна из фишек проекта — таймлапсы, когда очень быстро в кадре показываются какие-то очень медленные процессы. В данном случае — как растут грибы. Кроме того, все это можно было делать с увеличением при специальном свете. В процессе вдруг стало понятно, что такими необычными способами можно снимать не только грибы, но и почти все что угодно в живой природе. С этого и началась программа «Тайные механизмы природы».

Так как по образованию я учитель биологии, то неплохо понимаю все нужные процессы. Это помогает мне часто уже на уровне идеи: что можно снять необычно и — как. 

Сложность программы в том, чтобы показать определенное место, будь то пляж, болото, лес, любая роща, карьер или затопленное море, как единую систему. Это не просто среда с какими-то обитателями, а механизм, в котором все взаимосвязано и у каждой букашки есть свое значение. Если убрать ее из системы, начнет ломаться весь механизм. 

— Как показать то, что скрыто от человеческого глаза? 

— Самое интересное в кадре — ускорять время. Процесс, занимающий неделю, мы не увидим в обычной жизни. А в «Тайных механизмах» это становится реальностью. У нас были съемки, когда процесс от и до занял почти три месяца: мы снимали как растет и зреет виноград. Из маленькой «ягодки» он превращается в большую красивую гроздь. Другой процесс, который невозможно увидеть обычным взглядом — быстрый, почти мгновенный, когда вы просто не успеваете ничего разглядеть. Тогда время в кадре, наоборот, замедляется. Но для таких съемок нужна, конечно, специальная техника. 

Еще можно использовать специальное освещение. Многие природные объекты совершенно по-другому выглядят в ультрафиолетовом или инфракрасном свете — те же самые грибы. Или кораллы под водой. Есть такое явление как флуоресценция — когда живые объекты начинают под воздействием ультрафиолета ярко светиться. 

Можно использовать очень большое увеличение и подсматривать за какими-то очень маленькими обитателями природы. А за очень скрытными — наблюдать с помощью длиннофокусной оптики. Можно комбинировать разные техники — получается всегда интересно.

— Как вы готовитесь к съемкам? Интересно узнать о том, как устроен процесс. Вы сами придумываете идеи или у вас есть креативная команда? Сколько времени проходит от идеи до реализации?

— От идеи до реализации обычно проходит несколько месяцев. Сначала мы определяем место, куда хотим поехать. Затем придумываем, что интересного можно там снять. Например, в том году мы отправились на побережье Черного моря и сделали три чудесные программы о подводных обитателях. Это ведь только кажется, что в Черном море их немного, в отличие от моря Красного, с его коралловыми рифами, с богатейшей фауной. Но если знать особенности поведения, повадки животных, знать, где искать, то всегда есть что показывать и есть о чем рассказывать. 

— Какие самые сумасшедшие вещи вам приходилось делать, чтобы снять материал?

— В кадре всегда кажется, что снятое было сделано легко. Но на самом деле — да, бывают такие моменты, которые вызывают всплеск адреналина. 

Например, когда я снимал зимовальную яму в Астраханском заповеднике. Это место, где рыба собирается на зимовку. В ней — огромные сазаны плавают десятками. Пришлось нырять в эту яму, а температура воды была +4 °C и очень мутная. Сама яма была под огромной корягой. Видимость практически нулевая, и надо было совсем вплотную к этим рыбам подплывать. Глубина — примерно четыре метра. Естественно, я нырял я без акваланга, просто на задержке дыхания, и всегда была опасность зацепиться за ветку. Это очень бы затруднило всплытие. Кроме того, добрая съемочная группа мне сказала: «Давай мы тебя привяжем за веревку к ноге и, если что, вытащим». Конечно, я отказался, потому что если бы веревка запуталась в ветках затонувшего дерева, я бы точно не выплыл. 

В итоге сомов и сазанов на дне реки мы сняли. На деле это оказалось не так страшно.

Когда мы снимали гигантского осьминога в Японском море, тоже приходилось нырять очень глубоко, на глубину 30–35 метров. Уже с аквалангом, но все равно это очень дискомфортно. Такое погружение считается сложным — нельзя экстренно всплывать с такой глубины, потому что будет развиваться кессонная болезнь. Всплывать надо в течение 15–20 минут. То есть, если что-то случается на такой глубине, это действительно может быть опасно.

— А смешные случаи бывали?

— Именно смешные не вспоминаются, а неожиданности случались. Природа вообще умеет удивлять. К примеру, однажды я снимал леммингов в Лапландском заповеднике в Мурманской области. Это такие осторожные зверьки, очень напоминающие хомячков, они и являются, в общем-то, дикими родственниками хомяков, только живут на севере. Они достаточно осторожны — пришлось долго-долго их подкарауливать: сидеть неподвижно на одном месте и ждать, когда они появятся. Лемминг, обычно, быстро пробегает по своей тропе и куда-нибудь прячется. Так я подкармливал одного очень доверчивого лемминга и начал его снимать. Очень осторожно ходил вокруг него, пока он питался. И вот я ходил, снимал, снимал, снимал. Был очень благодарен этому актеру, что он такой доверчивый и не очень пугливый. Только потом я понял, что просто этот лемминг одноглазый. Пришлось искать его рабочую сторону и снимать его с другого ракурса. Не знаю, как он вообще выживал в природе без одного глаза. Это повлияло на его поведение, он был не такой осторожный, как другие.

— Это и правда необычно. А у вас есть любимые животные?

— Из диких, наверное, сайгаки. В первый раз я их увидел в заказнике «Степной» и был просто ошеломлен их количеством: 2000–3000 животных пришли на водопой. Вот ты сидишь в засаде, а вокруг тебя бродит 3000 антилоп. Полное ощущение, что ты не в России, а где-нибудь в Африке. Да и сами по себе они, конечно, очень забавные: с такими смешными хоботами, с огромными глазами как у инопланетян, с полупрозрачными рожками как будто из воска. В общем, очень красивые и необычные животные.

— Дома животных держите? 

Дома из животных у меня только кот. Рыжий кот по кличке Лев. Собственно, как яхту назовете, так она и поплывет. Лев по моей квартире степенно вышагивает, как царь зверей в саванне. Такой же размеренный, гордый. На самом деле он совершеннейшая тряпка. Его можно хоть в узел связать. 

— Удается вообще бывать дома? 

Командировок у меня действительно много, и дома я бываю не так часто, как хотелось бы. Но с другой стороны, в долгой поездке успеваю соскучиться и по дому, и по Москве. Всегда очень здорово возвращаться. Вместе это отличный баланс, который не дает скучать.

— Телеканалу 10 лет — возраст еще детский. Что хотите пожелать зрителям канала? 

— Пожелаю любить природу, быть внимательными и наблюдательными. Мир вокруг нас многообразен, чудесен и действительно умеет удивлять. 

Ну и, конечно же, оставайтесь с нами! Нам всего 10 лет, мы еще растем, развиваемся, становимся интереснее, и у нас все больше новых прекрасных проектов.